Коэн-разрушитель

[maelgon]

“- С юридической точки зрения, - встрял глава Гильдии Законников господин Кривс, - первым официально зарегистрированным геройским деянием стала кража имущества у законных владельцев. Это подтверждают существующие во многих культурах легенды”.

Терри Пратчетт “Последний герой”

Как было поведано в романе “Интересные времена”, героический варвар Коэн со своими братьями по оружию захватил власть в Агатовой империи, тем самым достигнув практически наивысшей точки карьеры любого героя. Однако существует небольшая проблема: “когда ты добился всего, чего ты будешь добиваться дальше?”. И тогда Коэн решает вернуть богам огонь, похищенный у них на заре времён. Причём вернуть с процентами – в виде бочонка со взрывчатым веществом. Если варвару удастся осуществить задуманное, то само существование Плоского мира окажется под вопросом, и для того, чтобы остановить неугомонного воителя в путь отправляется команда смельчаков в составе Ринсвинда, капитана Моркоу и Леонарда Щеботанского. А тем временем боги продолжают вести свою бесконечную игру…

Как можно заметить, сюжетным стержнем на этот раз является обыгрывание мифа о культурном герое, похитившем у богов огонь и подарившем его людям. Это предание кочует из мифологии в мифологию (идёт ли речь о греческом Прометее, полинезийском Мауи или индейском Вороне), но Пратчетт не был бы собой, если б сосредоточился на одной цели: вот он иронизирует над квантово-теоретическим парадоксом Шрёдингера, на последующей странице пускается в игры с латынью, затем проецирует тему космических полётов на реальность Плоского мира, а спустя ещё немного с улыбкой вспоминает о героических деяниях Александра Македонского и это далеко не все затронутые темы.
Кроме того, внимание акцентируется на вопросе, который обычно остаётся за границей эпических саг: что чувствует герой, когда его жизненный срок близок к исходу, а физические возможности уже значительно уступают жажде подвигов и новых свершений?

Произведения кавалера ордена Британской империи столь хороши, что велик соблазн составлять весь текст исключительно из цитат его романов. Каждый раз, когда начинает казаться, что Пратчетт уже исчерпал весь творческий потенциал темы, писатель с блеском доказывает, что у него в запасе есть ещё множество идей. Случайно или намеренно, в данном романе в некоторых сюжетных перипетиях Пратчетт возвращается к первым двум книгам цикла и в сравнении этом видно как прогрессировала вселенная “Плоского мира”: то, что в “Цвете волшебства” начиналось лишь набором пародий на произведения фэнтези (“Конан” Говарда, “Ланкмарский цикл” Лейбера, “Всадники Перна” МакКефри), в “Последнем герое” уже представляется единым целым, обретшим самостоятельную ценность.

Нельзя не отметить и оформление книги: издательство “Эксмо” воспроизвело английский вариант романа с сохранением оригинальных (хотя и не совсем всех) иллюстраций соратника Пратчетта – художника Пола Кидби, так что на этот раз поклонникам “Плоского мира” обеспечено не только увлекательное чтение, но и настоящий праздник для глаз.

“- А потом он завоевал почти весь известный мир.
- Молодец. А потом?
- Он… э-э… вернулся домой, несколько лет правил империей, затем умер, его сыновья перессорились, было несколько войн… После чего империи пришёл конец.
- Дети – это вечная проблема.
- А некоторые считают, что в детях ты обретаешь бессмертие, - сказал менестрель.
- Правда? – хмыкнул Коэн. – Ну-ка, назови мне хотя бы одного своего прадеда.
- Ну… Э-э…
- Видишь?… Важно не то, как ты жил или умер, важно то, что написал о тебе бард”.